• Древнерусское и церковное искусство XVI – начала XX веков
  • Дымковская игрушка
  • Русское искусство XVIII – середины XIX вв.
  • Русское искусство второй половины XIX в.
  • Русское искусство конца XIX – начала XX вв.
История комплектования коллекции иностранной графики и её реставрации

 

Собрание зарубежной гравюры Вятского художественного музея начало формироваться буквально с момента его основания в 1910 году. К 1915 году молодой музей Вятского художественного кружка мог гордиться 125 экспонатами (альбомами и гравюрами), пожертвованными в собрание различными лицами из Москвы, Петрограда, Вятки, Мюнхена. Среди дарителей можно назвать имена А.А. Андреевой, князя А.К. Шервашидзе, Н.Г. Машковцева, А.М. фон Филькерзама, А.С. Петровского и других.[1] Общественные денежные средства были потрачены на приобретение нескольких гравюр и литографий,  альбома офортов Перелля, «…изображающих пышные виллы и сады во вкусе французского 17-го века».[2] Кроме того, собрание пополнялось репродукциями, фотографиями  с картин современных художников, всем, что могло дать  вятской публике представление о недоступных  ей живописных оригиналах.[3]

С 1918 года можно говорить о создании особого музейного отдела   «Гравюрного кабинета». Его целями были: регистрация, инвентаризация и каталогизация поступивших в музей гравюр, их хранение и организация выставок.

После революции, благодаря усилиям  искусствоведа, страстного коллекционера графики Н.Г. Машковцева, объем поступлений значительно вырос. В 1920 году Машковцев  был заведующим отделом провинциальных музеев Всероссийской коллегии по делам музеев при Наркомпросе, из столицы он  следил и активно формировал  собрание Губернского музея искусства и старины.  Об одной из замечательных гравюр он вспоминает в письме Н.Н. Хохрякову: «…принадлежит Рейсдалю и является одним из самых значительных листов мастера. Изображает она пышно растущее дерево, очень детально проработанное…»[4]

В 1919 году в Вятку прибыло 713 эстампов, в 1920 – 479, в 1921 – 54 гравюры, в 1922 – 24 листа, а 1923 – 70.  Источниками поступления являлись: Государственный музейный фонд, Горкоммуна и учреждения города Вятки, еще не реквизированные частные собрания.

Так, в 1920 году музеем была приобретена часть художественных произведений, принадлежавших бывшему губернскому архитектору И.А. Чарушину (1862-1945). Из  его дома были перенесены рисунки русских художников и архитекторов 19 – начала 20-го века, чертежи московских и петербургских зодчих, собственные проекты Ивана Аполлоновича. Среди них не затерялся гравированный лист «Сатурн», вырезанный  в начале 16-го века нидерландцем Х. Гольциусом из серии «8 небесных божеств», передающей несохранившиеся фрески Полидоро да Караваджо. Есть предположение, что он вместе с несколькими произведениями попал в руки вятского архитектора И.А. Чарушина от его учителя, академика, известного петербургского  архитектора А.И.. Резанова (1817-1887)[5]. В 1935 году из Русского музея был передан еще один лист данной серии «Юпитер».

Из Государственного музейного фонда,  Московского отдела по делам музеев и охране памятников искусства и старины в музей были присланы гравюры из бывших собраний  А.А. и Ш.А. Брокар, Г.Э. Эккерта (Москва), Р.А. Томилова, А.И. Плюшара, И.Д. Орлова (Петербург), Э.Д. Шультце (Вена), Ж. Марино (Берлин), А.И. Доливо-Добравольского (Киев), воронежского помещика А.Н. Марина.[6]  Потеряв принадлежность к частным коллекциям, гравированные листы составили совершенно новое собрание  в вятском музее. На нескольких, как например, на гравюре Энео Веккио стоит пока неопознанный владельческий знак – белое эстампи (в овале из точек, раскинувший крылья орел под звездой)

Постепенно  все предметы в музее  были разобраны, систематизированы, печатные репродукции, открытки, фотографии отделены от художественных произведений. В трудные годы сотрудникам не хватало картона, папок, шкафов для хранения, дров, а особенно – справочной литературы, словарей, а также опыта для атрибуции зарубежной гравюры. Хранителями Гравюрного кабинета  в 1920е – 30е гг. были И.Н. Степанова, В.Ф. Париманова, Е.С. Москалец. Хотя они отмечали, что «количество интересующихся специально гравюрой – незначительно», за 7 лет организовали 10 гравюрных выставок. Благодаря «агитационной форме» выставок, считали музейщики, «ценность эстампа, как известного совершенного вида творчества…стала незыблемой и очевидной».

Образцом для организации хранения  гравюр и  их научной инвентаризации был выбран гравюрный отдел   Румянцевского музея.  Помощь специалистов отдела  вятским  музейщикам не случайна. С дореволюционных времен  между  этими музеями существовала связь: следует назвать имя хранителя отдела изящных искусств Н.И. Романова и  библиотекаря, заведующего читальным залом А.С. Петровского.[7] Алексей Сергеевич Петровский (1881-1959) большую часть жизни служил библиографом в Государственной библиотеке имени Ленина, но в тоже время, являлся  последовательным и эрудированным собирателем европейской гравюры. В его коллекции, переданной в ГБЛ в 1968 году, множество первоклассных листов французской, итальянской, немецкой  и нидерландской школ.[8] Тщательно подбирая и изучая собственное собрание, он в 1929, 1935 и, видимо, до 1915 года одаривал музей гравюрами. [9]  Среди его пожертвований произведения Ж. Эделинка, О.Борджиани, И. Висхера,  Э.Саделера, Ф.Вейроттера, Н. Дориньи, Ж. де Буассьё, А. Хиршфогеля, Г. Брозамера и других.

В 1931 году Гравюрный кабинет  был поделен на отделы гравюр и рисунков. Прежде  щедрые источники комплектования истощились,  особенно для европейской гравюры.  В 1950-е гг. из экспонатов кабинета были выделены отдельные коллекции (инвентари) иностранной и русской гравюры,  количество листов первой    надолго осталось 1870 штук.[10]

Многие листы из коллекции иностранной графики носят признаки старой чинки, антикварной реставрации. Это следы долгого существования гравюр, ведь в Кировском художественном музее никогда не было реставратора по бумаге. Несмотря на скромное участие европейской гравюры в выставках и постоянной музейной экспозиции, состояние коллекции беспокоило музейных хранителей.

В 1955, 56 годах  реставратор ГЦХРМ Е.А. Голикова приезжала в музей г. Кирова. Она работала непосредственно с произведениями станковой графики, а также выборочно просмотрела рисунки и гравюры, помогла  отобрать экспонаты, требующие срочной реставрации и профилактических мер на месте или отправки в Москву.[11]  Итак, в 1957 году 78 рисунков и гравюр Кировского областного художественного музея были восстановлены в отделе графики реставрационных мастерских.

Директор музея Козырева обратилась за помощью   к директору ГЦХРМ  имени академика И.Э. Грабаря  тов. Никитину. Отбор произведений для первой научной реставрации предполагалось провести с учетом  «совершенствования экспозиции музея к 50-летию Великой Октябрьской Социалистической Революции и включать только высокохудожественные произведения».[12] В 1964 году были составлены списки работ, отобранных для реставрации 1, 2 и 3 очереди.[13]  В них числилась и гравюра Э. Саделера «Несение креста».

В 1964 году  командированные из Государственной центральной художественно-реставрационной мастерской специалисты отдела графики Т.С. Жукова и Л.Л. Метлицкая, также осмотрели условия хранения  в кировском музее, дали свои рекомендации и выявили для плановой реставрации в Москве около 200 экспонатов.[14]

В  начале 1970-х  реставраторы  Т.С. Жукова и И.Н. Быкова произвели плановый осмотр хранилища музея, в том числе и всех гравюр иностранных мастеров, подготовили к реставрации  576 различных эстампов.

Вновь возобновившееся сотрудничество музея и отдела реставрации графики ВХНРЦ имени академика И.Э. Грабаря  в начале 21-го века  основывается на фундаменте, заложенном  ранее.  Составленные  рекомендательные списки не потеряли своей актуальности.

Выставкой «Возвращенные шедевры» 2005 года  увенчался пятилетний период активной совместной  работы  между отделом реставрации графики ВХНРЦ и музеем. Впервые зрителям были представлены восстановленные  гравюры и рисунки, а также их фотографии до реставрационного вмешательства. Большое любопытство вызывал гравированный портрет  Ж. Одрана с живописного оригинала Риго, который экспонировался в аварийном состоянии, подчеркивая контраст с отреставрированными экспонатами.

Все рисунки и гравюры, возвращенные к жизни специалистами отдела,          активно используются на тематических выставках. В 2006 году в музее прошла выставка «Рубенс и Рембрандт: две судьбы», на которой был представлен подлинный офорт Рембрандта, гравюры непосредственных учеников и современников  живописцев и многих художников разных времен, вдохновленных живописью  гениев 17-го столетия. Видное место на выставке занимала работа фламандского гравера, ученика П.-П. Рубенса – С.-А. Болсверта. «Поклонение пастухов». Экспозиция «Новый завет» 2009 года, составленная из произведений европейской графики, логично продолжила тему, заданную выставкой «Ветхий завет». На них  библейские и евангельские  сюжеты  были представлены репродукционной гравюрой многих европейских школ. Концепция выставки позволила ввести в научный оборот  четыре небольших оттиска Евангелистов  Луки Лейденского  1518 года, наклеенных когда-то на единый картонный лист.

В декабре 2010 года, когда Вятский художественный музей отметил свой столетний юбилей, был открыт западноевропейский  отдел экспозиции. Помимо живописи, скульптуры и фарфора залы музея украсили множество гравюр 16-го – начала 20-го века, демонстрирующих  стилевые направления, техники гравирования, национальные школы. Это событие было поводом продемонстрировать все самое ценное из собрания, возобновить работу по атрибуции произведений, каталогизации. Все это стало возможным благодаря сотрудничеству музея и художников-реставраторов научно-реставрационного центра имени академика И.Э. Грабаря.

Сазанова Е. Г. искусствовед, главный хранитель фондов Вятского художественного музея

 



[1] Пожертвования в Вятский художественный кружок. Архив  ВХМ, фонд Н.Г. Машковцева, Ркп. До 1915 г. С.41.

[2] Машковцев Н.Г. «Письмо из Вятки»// Аполлон, февраль 1915, №5. С.74.

[3] Так в 1912 году количество репродукций и гравюр насчитывало 285 листов и оценивалось в 4000руб.

[4] Письмо Н.Г. Машковцева Н.Н. Хохрякову. ВХМ, фонд Н.Г. Машковцева, Ркп. Не ранее  1924г.

[5] Сазанова Е.Г. К вопросу комплектования музейной коллекции в 1920-е годы. (И.А. Чарушин)// Кировский областной художественный музей им. В.М. и А.М. Васнецовых. Материалы и исследования 2004 – 2008. Киров. 2009. С. 90-95.

[6] Принадлежность гравюр к тому или ному собранию определена по владельческим знакам и подписям.

[7] В 1911 или 1912  году в музее Вятского художественного кружка прошла выставка  фотографий с картин Рембрандта, принадлежащих Н.И. Романову.

[8] Гравюры из коллекции А.С. Петровского. Каталог  (Вступительная статья А.А. Сидорова) М., 1980.

[9] Сейчас в коллекции иностранной графики ВХМ идентифицировано 38 листов, подаренных А .С. Петровским. Более ранние дары выявить не удалось. В 1935 году А.С. Петровский отправил в Вятку  также несколько гравюр художников-современников: К.Е. Костенко, П.А. Шиллинговского.

[10] Только в 2000 году коллекция иностранной графики была пополнена  58  произведениями европейских художников второй половины 20-го столетия из собрания Ю. Вайхардта (Германия.).

[11] Е.А. Голикова очистила и закантовала под стекло рисунки  С.Малютина, П. Келина, Н. Рериха, М. Добужинского,  В. Борисова-Мусатова. Некоторые произведения графики были размонтированы, дезинфицированы.

[12] Письмо директора ГЦХРМ  Б. Никитина  директору КХМ В.М. Скрябиной  от 08.09.1964, машинопись. Архив ВХМ.

[13]  Отобраны на реставрацию: в первую очередь – 55 листов, во вторую – 96 листов, в третью – 50 листов.

[14] Основными дефектами графики  из Кировского областного художественного музея  реставраторы назвали:  «желтые пятна, общее пожелтение бумаги, затеки, различные механические повреждения, темные пятна от монтировочного клея».